Микропластик в России: что знает наука сегодня и куда мы движемся
Оглавление:
В глубинах Арктики, в слоях многолетнего океанического льда, в водах священного Байкала и даже в воздухе над крупнейшими российскими мегаполисами учёные обнаруживают одного незваного гостя — микропластик. Частицы невидимые невооружённым глазом, но огромные по масштабам проблемы, которую они создают. Лаборатории, разбросанные по всей России, извлекают пластик из проб воды, почв донных отложений и даже из тел рыб, проплывающих по сибирским рекам.
Микропластик — это синтетические частицы размером менее 5 миллиметров, образующиеся либо как первичный продукт (микрогранулы в косметике и средствах гигиены), либо как вторичный результат разрушения более крупных пластиковых изделий под воздействием солнца, волн и механического износа. Нанопластик, ещё более мельчайшие частицы размером от 1 нанометра до 1 микрона, представляет потенциальную угрозу, так как способен проникать через биологические барьеры организма, включая кровь, лёгкие и даже клеточные мембраны. Это не просто загрязнение окружающей среды — это нарушение фундаментальных экосистемных процессов и потенциальный риск для здоровья человека, о последствиях которого мы только начинаем подозревать.
Этот текст — попытка сделать слепок современного состояния российской науки в области микропластика на конец 2025 — начало 2026 года. Мы попытались понять, когда в России стали активно заниматься исследованием микропластика, географические и методологические особенности современных исследований, положение российской науки о микропластике в международной среде, а также наиболее важные направления для будущих работ в этой области.
Микропластик — это синтетические частицы размером менее 5 миллиметров, образующиеся либо как первичный продукт (микрогранулы в косметике и средствах гигиены), либо как вторичный результат разрушения более крупных пластиковых изделий под воздействием солнца, волн и механического износа. Нанопластик, ещё более мельчайшие частицы размером от 1 нанометра до 1 микрона, представляет потенциальную угрозу, так как способен проникать через биологические барьеры организма, включая кровь, лёгкие и даже клеточные мембраны. Это не просто загрязнение окружающей среды — это нарушение фундаментальных экосистемных процессов и потенциальный риск для здоровья человека, о последствиях которого мы только начинаем подозревать.
Этот текст — попытка сделать слепок современного состояния российской науки в области микропластика на конец 2025 — начало 2026 года. Мы попытались понять, когда в России стали активно заниматься исследованием микропластика, географические и методологические особенности современных исследований, положение российской науки о микропластике в международной среде, а также наиболее важные направления для будущих работ в этой области.
Ретроспектива: как Россия включилась в гонку за исследованием микропластика
Когда началось и как это развивалось
Если в зарубежных странах изучение микропластика началось активно ещё в 2010-х годах, когда первые публикации появились в престижных журналах, то в России эта тема долгое время оставалась в тени. Первые исследования микропластика в российских водоёмах относятся к периоду 2015−2018 годов. Тогда одновременно в нескольких региональных кластерах (Калининград, Владивосток, Санкт-Петербург и пр.) ученые начали фиксировать присутствие синтетических частиц в озёрах и реках. В Санкт-Петербурге это начиналось в том числе благодаря общественной работе: в 2017 году в сотрудничестве с научными институтами Балтийские экологи запустили гражданские исследования микропластика в воде и обнародовали первые результаты отбора проб из Невы, Охты и Финского Залива. Однако по-настоящему масштабная работа в десятках организаций началась только в 2019—2020 годах.
Переломный момент для российской науки пришёлся на 2021 год, когда по инициативе Томского государственного университета был создан Консорциум «Микропластик в окружающей среде». Он объединил более 10 крупных российских научных учреждений, включая Институт океанологии имени П. П. Ширшова, Российский государственный гидрометеорологический университет, Институт систематики и экологии животных СО РАН, Дальневосточный федеральный университет и другие организации от Калининграда до Владивостока.
Одновременно в России активизировалась работа над исследованием микропластика в арктических морях. В 2022 году на Архангельском конгрессе по отходам и микропластику в Арктике, организованном в рамках председательства России в Арктическом совете, было представлено более ста экспертов различных профильных организаций и ведомств. Это событие символизировало признание того, что проблема микропластика в Арктике требует серьёзного государственного внимания.
Динамика роста научных групп
Если 10 лет назад в России микропластиком занимались максимум 2−3 научные группы на любительском уровне, то спустя 5 лет уже сформировалось несколько серьёзных исследовательских коллективов в ведущих университетах и институтах РФ. В 2025 году, количество активных научных групп, занимающихся микропластиком, уже исчисляется десятками в организациях по всей стране.
Что спровоцировало этот бурный рост? Во-первых, растущий общественный запрос на меры по решению проблемы и глобальное признание важности срочных мер, особенно резолюция ООН 2022 года (UNEA 5/14) о необходимости разработать международный договор по пластиковому загрязнению. Во-вторых, расширение финансирования данной научной области. Так, в последние годы произошло включение темы микропластика в приоритеты федеральной программы «Приоритет 2030», увеличилось количество выдаваемых грантов Российского научного фонда, региональных научных фондов и фонда Президентских грантов. Кроме того, важными катализаторами выступили открытие мегагранта на базе Новгородского государственного университета на сумму около 500 миллионов рублей и защита Юлией Франк первой в России докторской диссертации, полностью посвящённой микропластику.
По словам Юлии Франк, д.б.н., директора Центра исследования микропластика в окружающей среде ТГУ, катализатором интереса к изучению микропластика выступила новизна его появления в биосфере: «Страшно всегда всё то, что не понятно». Яна Блиновская, д.т.н., профессор Департамента природно-технических систем и техносферной безопасности ДВФУ, добавляет, что интерес российских ученых к изучению микропластика, прежде всего, обусловлен мировыми тенденциями, а также угрозой его привноса и накопления на территории различных регионов России.
Если в зарубежных странах изучение микропластика началось активно ещё в 2010-х годах, когда первые публикации появились в престижных журналах, то в России эта тема долгое время оставалась в тени. Первые исследования микропластика в российских водоёмах относятся к периоду 2015−2018 годов. Тогда одновременно в нескольких региональных кластерах (Калининград, Владивосток, Санкт-Петербург и пр.) ученые начали фиксировать присутствие синтетических частиц в озёрах и реках. В Санкт-Петербурге это начиналось в том числе благодаря общественной работе: в 2017 году в сотрудничестве с научными институтами Балтийские экологи запустили гражданские исследования микропластика в воде и обнародовали первые результаты отбора проб из Невы, Охты и Финского Залива. Однако по-настоящему масштабная работа в десятках организаций началась только в 2019—2020 годах.
Переломный момент для российской науки пришёлся на 2021 год, когда по инициативе Томского государственного университета был создан Консорциум «Микропластик в окружающей среде». Он объединил более 10 крупных российских научных учреждений, включая Институт океанологии имени П. П. Ширшова, Российский государственный гидрометеорологический университет, Институт систематики и экологии животных СО РАН, Дальневосточный федеральный университет и другие организации от Калининграда до Владивостока.
Одновременно в России активизировалась работа над исследованием микропластика в арктических морях. В 2022 году на Архангельском конгрессе по отходам и микропластику в Арктике, организованном в рамках председательства России в Арктическом совете, было представлено более ста экспертов различных профильных организаций и ведомств. Это событие символизировало признание того, что проблема микропластика в Арктике требует серьёзного государственного внимания.
Динамика роста научных групп
Если 10 лет назад в России микропластиком занимались максимум 2−3 научные группы на любительском уровне, то спустя 5 лет уже сформировалось несколько серьёзных исследовательских коллективов в ведущих университетах и институтах РФ. В 2025 году, количество активных научных групп, занимающихся микропластиком, уже исчисляется десятками в организациях по всей стране.
Что спровоцировало этот бурный рост? Во-первых, растущий общественный запрос на меры по решению проблемы и глобальное признание важности срочных мер, особенно резолюция ООН 2022 года (UNEA 5/14) о необходимости разработать международный договор по пластиковому загрязнению. Во-вторых, расширение финансирования данной научной области. Так, в последние годы произошло включение темы микропластика в приоритеты федеральной программы «Приоритет 2030», увеличилось количество выдаваемых грантов Российского научного фонда, региональных научных фондов и фонда Президентских грантов. Кроме того, важными катализаторами выступили открытие мегагранта на базе Новгородского государственного университета на сумму около 500 миллионов рублей и защита Юлией Франк первой в России докторской диссертации, полностью посвящённой микропластику.
По словам Юлии Франк, д.б.н., директора Центра исследования микропластика в окружающей среде ТГУ, катализатором интереса к изучению микропластика выступила новизна его появления в биосфере: «Страшно всегда всё то, что не понятно». Яна Блиновская, д.т.н., профессор Департамента природно-технических систем и техносферной безопасности ДВФУ, добавляет, что интерес российских ученых к изучению микропластика, прежде всего, обусловлен мировыми тенденциями, а также угрозой его привноса и накопления на территории различных регионов России.
Основные исследовательские группы, работающие с микропластиком в России на 2025 год, собраны в таблице.
Кто, что и как изучает сегодня
География исследований в России
В России пока нет государственного мониторинга микропластика, и хотя исследования микропластика в России включают практически все крупные водные экосистемы страны, их охват крайне неравномерен. Наиболее интенсивно изучены пресноводные системы Сибири, особенно река Обь и её притоки, где выявлены средние концентрации от 44,2 до 51,2 частиц на кубический метр в зависимости от участка. Река Енисей менее исследована, но данные показывают заметное загрязнение. Алтайские озёра выделяются рекордными концентрациями микропластика — более 10 000 частиц на кубический метр. Для сравнения, в Онежском озере средние значения не превышают 4000 частиц на кубический метр.
Особое внимание исследователей привлекает озеро Байкал. Исследования московских учёных, проведённые в сотрудничестве с организацией En+ Group, выявили «значительные концентрации» микропластика по всему озеру, с наиболее высокими показателями в районах туристической и хозяйственной деятельности. По его результатам, концентрация частиц составила от 19 000 до 75 000 пластиковых частиц на 1 км² при среднем значении 42 000 частиц на 1 км², что соответствует высокой степени пластикового загрязнения.
На северо-западе исследования сосредоточены преимущественно на Балтийском море и его притоках. Здесь работают специалисты из Санкт-Петербурга и Петрозаводска, которые изучают распределение микропластика в донных отложениях и водной толще. Кроме того, точечные исследования проводятся в Черном и Азовском морях, в бассейне Волги, а также на Урале и Дальнем Востоке (1, 2). Наибольшую обеспокоенность ученых вызывает загрязнение Японского, Охотского, Баренцева, Балтийского и Черного морей. Оценки содержания микропластика ВНИРО показали, что наибольшие концентрации микропластика в водах центральной и восточных частях Баренцева моря в 2021 г. не превышали 0,12 шт/м3, в то время как в западной части Баренцева моря концентрации были почти в три раза выше — 0,34 шт/м3. Проводятся и отдельные исследования пресноводной и морской фауны на предмет накопления в ней микропластика и связи с загрязнением водных объектов. Обнаружено, что пресноводные рыбы активно потребляют микропластик, заглатывая его или накапливая в жабрах, а рыба из реки Томи, выловленная в черте города Томска, содержала сотни частиц микропластика. Стоит отдельно выделить новый способ выделения микропластика из органов рыб, разработанный и запатентованный томскими учеными.
Компоненты окружающей среды: что изучено, что нет?
Хорошо изучены поверхностные воды рек и озёр (особенно в Сибири и на Урале), морские воды Балтики и частично Баренцева моря, донные отложения крупных рек (Обь, Енисей). Умеренно изученным является снежный покров в приполярных регионах. Единичные исследования посвящены атмосферному поступлению микропластика, загрязнению подземных вод и почвенного покрова, а также его содержанию в воздухе крупных городов (8).
Ведущие научные организации и их роль
Мы собрали перечень российских научных институций, исследующих микропластик. С ним можно ознакомиться в отдельной таблице по ссылке. Вот некоторые из них:
В России пока нет государственного мониторинга микропластика, и хотя исследования микропластика в России включают практически все крупные водные экосистемы страны, их охват крайне неравномерен. Наиболее интенсивно изучены пресноводные системы Сибири, особенно река Обь и её притоки, где выявлены средние концентрации от 44,2 до 51,2 частиц на кубический метр в зависимости от участка. Река Енисей менее исследована, но данные показывают заметное загрязнение. Алтайские озёра выделяются рекордными концентрациями микропластика — более 10 000 частиц на кубический метр. Для сравнения, в Онежском озере средние значения не превышают 4000 частиц на кубический метр.
Особое внимание исследователей привлекает озеро Байкал. Исследования московских учёных, проведённые в сотрудничестве с организацией En+ Group, выявили «значительные концентрации» микропластика по всему озеру, с наиболее высокими показателями в районах туристической и хозяйственной деятельности. По его результатам, концентрация частиц составила от 19 000 до 75 000 пластиковых частиц на 1 км² при среднем значении 42 000 частиц на 1 км², что соответствует высокой степени пластикового загрязнения.
На северо-западе исследования сосредоточены преимущественно на Балтийском море и его притоках. Здесь работают специалисты из Санкт-Петербурга и Петрозаводска, которые изучают распределение микропластика в донных отложениях и водной толще. Кроме того, точечные исследования проводятся в Черном и Азовском морях, в бассейне Волги, а также на Урале и Дальнем Востоке (1, 2). Наибольшую обеспокоенность ученых вызывает загрязнение Японского, Охотского, Баренцева, Балтийского и Черного морей. Оценки содержания микропластика ВНИРО показали, что наибольшие концентрации микропластика в водах центральной и восточных частях Баренцева моря в 2021 г. не превышали 0,12 шт/м3, в то время как в западной части Баренцева моря концентрации были почти в три раза выше — 0,34 шт/м3. Проводятся и отдельные исследования пресноводной и морской фауны на предмет накопления в ней микропластика и связи с загрязнением водных объектов. Обнаружено, что пресноводные рыбы активно потребляют микропластик, заглатывая его или накапливая в жабрах, а рыба из реки Томи, выловленная в черте города Томска, содержала сотни частиц микропластика. Стоит отдельно выделить новый способ выделения микропластика из органов рыб, разработанный и запатентованный томскими учеными.
Компоненты окружающей среды: что изучено, что нет?
Хорошо изучены поверхностные воды рек и озёр (особенно в Сибири и на Урале), морские воды Балтики и частично Баренцева моря, донные отложения крупных рек (Обь, Енисей). Умеренно изученным является снежный покров в приполярных регионах. Единичные исследования посвящены атмосферному поступлению микропластика, загрязнению подземных вод и почвенного покрова, а также его содержанию в воздухе крупных городов (8).
Ведущие научные организации и их роль
Мы собрали перечень российских научных институций, исследующих микропластик. С ним можно ознакомиться в отдельной таблице по ссылке. Вот некоторые из них:
- Томский государственный университет (ТГУ) — один из лидеров российской науки о микропластике. Здесь функционирует Центр исследования микропластика в окружающей среде, возглавляемый Юлией Франк. Центр проводит исследования не только водных, но и почвенных и атмосферных компонентов, располагает уникальной аппаратурой и методиками.
- Новгородский государственный университет (НовГУ) также является одним из лидеров повестки благодаря получению мегагранта и созданию Центра исследования проблем микропластика, в который входят различные исследовательские организации. На его базе создаётся первая в России междисциплинарная лаборатория, руководимая признанным международным экспертом, профессором Хосе Кенни и координируемая членом-корреспондентом РАН Сергеем Люлиным.
- Московский государственный университет (МГУ) проводит исследования микропластика на Байкале, подземных водах и других природных системах. Здесь также находится кафедра физики полимеров, где работает академик Алексей Хохлов, известный своей критической оценкой некоторых гипотез о микропластике.
- Институт океанологии имени П. П. Ширшова РАН (Москва) — один из основных исследовательских институтов, специализирующийся на морских экосистемах.
- Санкт-Петербургские исследовательские лаборатории (на базе РГГУ, ААНИИ, института озероведения РАН, СПбГУ и пр.) преимущественно изучают загрязнение Балтийского моря, рек и озер северо-западного региона.
- Новосибирский институт органической химии им. Н. Н. Ворожцова СО РАН специализируется как на изучении загрязнения водных объектов, отложений, почв и сельскохозяйственных угодий, так и на разработке новых методов анализа микропластика в различных средах, обладая широким спектром необходимого оборудования.
- Институт водных и экологических проблем СО РАН (Барнаул) разработал уникальную методику комплексного мониторинга микропластика в воздухе, атмосферных осадках и снежном покрове.
- Важным новым направлением является изучение влияния микропластика на живые организмы, чем занимаются Институт проблем экологии и эволюции им. А. Н. Северцова РАН, Научно-исследовательский институт акушерства, гинекологии и репродуктологии имени Д. О. Отта, Российский научный центр хирургии имени академика Б. В. Петровского и некоторые другие организации (1, 2, 3).
- Некоммерческий сектор представлен различными общественными организациями в разных регионах (фонд «Без рек как без рук», проект «Микропластик — невидимая проблема», ассоциация «Байкал без пластика» и пр.) также активно участвуют участие в мониторинге загрязнения природы микропластиком, взаимодействии с бизнесом, образовательных инициативах и политическом диалоге.
Методы исследования в российской науке
Российские учёные используют различные принятые в международном научном сообществе методы для обнаружения и анализа микропластика. Исследования обычно включают несколько этапов.
Отбор проб осуществляется несколькими способами, основные из которых:
— Фильтрация больших объёмов воды через фильтры с определённым диаметром пор
— Осаждение и концентрирование в полевых условиях
-Пассивный отбор при естественном осаждении частиц воздуха или их смыве с атмосферными осадками на специальные фильтры
— Отбор в ящики с заранее известным объемом
Для выделения и очистки микропластика используются методы в зависимости от среды исследования. Для пресноводных систем используется плотностное разделение с помощью растворов (например, хлорид цинка), что позволяет отделить более лёгкие полимеры от органического вещества и минеральных частиц. Этап, критически важный, потому что основная масса пробы может быть загрязнена органическим материалом, песком и илом. Для почв и отложений процесс более трудоёмкий и включает окисление перекисью водорода для удаления органического вещества, многократную фильтрацию и плотностное разделение. При изучении живых объектов обычно используются препараты на основе органов или клеток, а также выделение микропластика из биологических жидкостей.
Идентификация полимеров производится преимущественно методами спектроскопии. Рамановская спектроскопия позволяет определить химический состав частиц по их характерным спектральным «отпечаткам», которыми являются уникальные спектральные пики. Инфракрасная спектроскопия (FTIR) позволяет анализировать более полный спектр образцов и становится всё более популярной. Оптическая микроскопия используется для предварительной идентификации формы и размера частиц, после чего проводится спектральный анализ. Однако, как отмечают исследователи, не все частицы, выглядящие как пластик, на самом деле им являются, часто это минеральные частицы с похожей морфологией или фрагменты целлюлозы. Электронная микроскопия используется в более продвинутых исследованиях для изучения микроструктуры поверхности частиц, признаков деградации и адсорбированных веществ.
Таким образом, полная процедура исследования микропластика является трудоемкой и требует дорогостоящего оборудования. Несмотря на попытки ученых по упрощению методов, в частности, разработка нового экспресс-метода исследователями ТГУ, традиционные способы исследования, включающие использование дорогостоящих методов спектроскопии, до сих пор являются наиболее точными и информативными.
По словам Юлии Франк и Яны Блиновской, отсутствие стандартизованных методик — главный тормоз на пути изучения распространения микропластика в окружающей среде и живых организмах. Каждая лаборатория использует методику в зависимости от цели исследования и инструментальных возможностей, из-за чего часто приходится сталкиваться с противоречивыми результатами, которые сложно сравнивать между собой.
Отбор проб осуществляется несколькими способами, основные из которых:
- Для водных объектов:
— Фильтрация больших объёмов воды через фильтры с определённым диаметром пор
— Осаждение и концентрирование в полевых условиях
- Для почв:
- Для донных отложений:
- Для атмосферного воздуха:
-Пассивный отбор при естественном осаждении частиц воздуха или их смыве с атмосферными осадками на специальные фильтры
- Для снежного покрова:
— Отбор в ящики с заранее известным объемом
- Для льда:
Для выделения и очистки микропластика используются методы в зависимости от среды исследования. Для пресноводных систем используется плотностное разделение с помощью растворов (например, хлорид цинка), что позволяет отделить более лёгкие полимеры от органического вещества и минеральных частиц. Этап, критически важный, потому что основная масса пробы может быть загрязнена органическим материалом, песком и илом. Для почв и отложений процесс более трудоёмкий и включает окисление перекисью водорода для удаления органического вещества, многократную фильтрацию и плотностное разделение. При изучении живых объектов обычно используются препараты на основе органов или клеток, а также выделение микропластика из биологических жидкостей.
Идентификация полимеров производится преимущественно методами спектроскопии. Рамановская спектроскопия позволяет определить химический состав частиц по их характерным спектральным «отпечаткам», которыми являются уникальные спектральные пики. Инфракрасная спектроскопия (FTIR) позволяет анализировать более полный спектр образцов и становится всё более популярной. Оптическая микроскопия используется для предварительной идентификации формы и размера частиц, после чего проводится спектральный анализ. Однако, как отмечают исследователи, не все частицы, выглядящие как пластик, на самом деле им являются, часто это минеральные частицы с похожей морфологией или фрагменты целлюлозы. Электронная микроскопия используется в более продвинутых исследованиях для изучения микроструктуры поверхности частиц, признаков деградации и адсорбированных веществ.
Таким образом, полная процедура исследования микропластика является трудоемкой и требует дорогостоящего оборудования. Несмотря на попытки ученых по упрощению методов, в частности, разработка нового экспресс-метода исследователями ТГУ, традиционные способы исследования, включающие использование дорогостоящих методов спектроскопии, до сих пор являются наиболее точными и информативными.
По словам Юлии Франк и Яны Блиновской, отсутствие стандартизованных методик — главный тормоз на пути изучения распространения микропластика в окружающей среде и живых организмах. Каждая лаборатория использует методику в зависимости от цели исследования и инструментальных возможностей, из-за чего часто приходится сталкиваться с противоречивыми результатами, которые сложно сравнивать между собой.
Фокус на Арктику в российских исследованиях
Почему Арктика — индикатор глобального загрязнения?
Арктика — это не только уникальный экосистемный комплекс с огромным биоразнообразием и климатическим значением, но и своеобразный сейсмограф глобального загрязнения. Благодаря сложной системе морских течений, атмосферной циркуляции и речным потокам, пластик, произведённый в индустриализированных странах, неизбежно оказывается в арктических водах и льдах. Это не локальное загрязнение, а след глобального потребления, что делает Арктику идеальным полигоном для изучения трансграничного характера проблемы микропластика. Кроме того, Арктика особенно уязвима: низкие температуры замедляют деградацию пластика, льды способствуют его аккумуляции, а экосистема менее разнообразна и менее устойчива к стрессам.
Что выявили российские ученые
Исследование, проведённое в рамках программы TRANSARCTICA-2019, показали, что концентрации микропластика в арктических морях варьируют в широких пределах. Наиболее «грязные» места обнаружены в районах интенсивного судоходства вблизи норвежского побережья и у кромки льда, а также в Карском и Белом морях. Исследователи выявили несколько основных источников микропластика: крупные северные реки, морские течения из Атлантического океана, атмосферный перенос и локальная деятельность человека (судоходство, рыболовство, разработка нефти и газа, туризм).
При этом, микропластик в Арктике не просто загромождает воду — он интегрируется в пищевые цепи. Это несёт двойной риск: микропластик может создать эффект ложного насыщения и адсорбировать токсичные вещества с последующей передачей их организму животного. Однако, ученые подчеркивают, что вопросы о воздействии микропластика на окружающую среду являются самыми непроработанными на текущий момент, до сих пор нет целостного понимания о его распределении и токсическом эффекте, а излишняя паника и шумиха вокруг этой проблемы могут только помешать работе исследователей.
Арктика — это не только уникальный экосистемный комплекс с огромным биоразнообразием и климатическим значением, но и своеобразный сейсмограф глобального загрязнения. Благодаря сложной системе морских течений, атмосферной циркуляции и речным потокам, пластик, произведённый в индустриализированных странах, неизбежно оказывается в арктических водах и льдах. Это не локальное загрязнение, а след глобального потребления, что делает Арктику идеальным полигоном для изучения трансграничного характера проблемы микропластика. Кроме того, Арктика особенно уязвима: низкие температуры замедляют деградацию пластика, льды способствуют его аккумуляции, а экосистема менее разнообразна и менее устойчива к стрессам.
Что выявили российские ученые
Исследование, проведённое в рамках программы TRANSARCTICA-2019, показали, что концентрации микропластика в арктических морях варьируют в широких пределах. Наиболее «грязные» места обнаружены в районах интенсивного судоходства вблизи норвежского побережья и у кромки льда, а также в Карском и Белом морях. Исследователи выявили несколько основных источников микропластика: крупные северные реки, морские течения из Атлантического океана, атмосферный перенос и локальная деятельность человека (судоходство, рыболовство, разработка нефти и газа, туризм).
При этом, микропластик в Арктике не просто загромождает воду — он интегрируется в пищевые цепи. Это несёт двойной риск: микропластик может создать эффект ложного насыщения и адсорбировать токсичные вещества с последующей передачей их организму животного. Однако, ученые подчеркивают, что вопросы о воздействии микропластика на окружающую среду являются самыми непроработанными на текущий момент, до сих пор нет целостного понимания о его распределении и токсическом эффекте, а излишняя паника и шумиха вокруг этой проблемы могут только помешать работе исследователей.
Международный контекст: слышен ли голос российской науки?
Публикации на глобальной арене
До недавнего времени голос российских учёных в глобальном научном дискурсе о микропластике был слаб. Анализ публикаций в базах данных Web of Science и Scopus показывает, что до 2020 года количество публикаций из России о микропластике исчисляется единицами. Однако ситуация меняется. К 2024 году российские исследователи опубликовали несколько значимых работ в известных рецензируемых международных журналах, среди которых Environmental Pollution, Nature Communications, Environmental Research Letter, Water и пр. Однако в целом количество российских публикаций остаётся меньше, чем в странах Европы, США, Китае и Австралии. Отчасти это связано с языковым барьером, так как большинство российских исследований публикуется на русском языке в локальных журналах, а отчасти с меньшей интеграцией российской науки в глобальные сети сотрудничества.
Простым поиском по ключевому слову «Microplastics» за 5 лет (2020−2025) через платформу CoLab было обнаружено 293 международных публикации, авторами (соавторами) которых выступили ученые с аффилиацией российской научной организации. Наибольшее количество работ (77) было опубликовано в 2024 году. Общее количество цитирований данных статей составило 3800, а наиболее часто упоминаемой (448 цитирований) стала статья «Assessment of potential ecological risk of microplastics in the coastal sediments of India: A meta-analysis», опубликованная исследователями из Института биологии южных морей имени А. О. Ковалевского РАН и Морского гидрофизического института РАН совместно с коллегами из Индии и Катара. Большинство работ за указанный пятилетний период было опубликовано учеными из ТГУ и МГУ им. М. В. Ломоносова, по 34 на каждую организацию. При этом, в мире за это время вышло более 27 200 публикаций, из которых большая часть (8936) аффилирована с организациями из КНР.
Международное сотрудничество и его вызовы
Мегагрант НовГУ, активно привлекает иностранных учёных и создаёт условия для интеграции российских исследователей в мировую науку. Консорциум по изучению микропластика ТГУ также активно устанавливает контакты с зарубежными коллегами. Отдельные российские учёные участвуют в международных конференциях и совместных проектах. При этом, имеется ряд вызовов, затрудняющих интеграцию российской науки в мировую:
Ученые подчеркивают важность решения глобальных проблем, которой является и загрязнение окружающей среды микропластиком, в тесном сотрудничестве с различными зарубежными исследователями и организациями. К сожалению, в последнее время из-за геополитической обстановки такое взаимодействие сократилось, однако не остановилось полностью. В частности, Яна Блиновская с коллегами участвовали в совместных исследованиях микропластика в рамках международного альянса NOWPAP под эгидой UNEP; также продолжаются активные обсуждения вопросов, связанных с микропластиком, на мероприятиях PICES (международная неправительственная научная организация по изучению морской среды Северной Пацифики). Юлия Франк отмечает, что хорошим примером международного сотрудничества является консорциум «Микропластик в окружающей среде», в рамках которого российские ученые активно взаимодействуют с коллегами из Китая, Индии и Узбекистана. Организация международной конференции в Узбекистане в конце 2025 года в рамках мегагранта НовГУ также способствовала свободной коммуникации исследователей из разных стран и налаживанию новых контактов. Некоторые ученые также отдельно работают с зарубежными коллегами в рамках грантов Российского научного фонда.
Российский вклад в глобальное знание
Несмотря на вызовы, российская наука внесла заметный вклад в мировую науку о микропластике. Так, исследования Байкала продемонстрировали, что даже считающиеся чистыми крупные озёра могут быть значительно загрязнены микропластиком. Методология изучения микропластика в снежном покрове и атмосфере, разработанная на Алтае, привлекла внимание международных ученых и позволила провести сопоставимые по уровню исследования. Исследование переноса микропластика через крупные сибирские реки показало значение речных систем как потенциальных главных источников морского загрязнения — этот вывод имеет глобальное значение. А первая в России докторская диссертация Ю. Франк, содержащая комплексные данные о взаимодействии микропластика с водными организмами, уже широко цитируется в международных исследованиях.
До недавнего времени голос российских учёных в глобальном научном дискурсе о микропластике был слаб. Анализ публикаций в базах данных Web of Science и Scopus показывает, что до 2020 года количество публикаций из России о микропластике исчисляется единицами. Однако ситуация меняется. К 2024 году российские исследователи опубликовали несколько значимых работ в известных рецензируемых международных журналах, среди которых Environmental Pollution, Nature Communications, Environmental Research Letter, Water и пр. Однако в целом количество российских публикаций остаётся меньше, чем в странах Европы, США, Китае и Австралии. Отчасти это связано с языковым барьером, так как большинство российских исследований публикуется на русском языке в локальных журналах, а отчасти с меньшей интеграцией российской науки в глобальные сети сотрудничества.
Простым поиском по ключевому слову «Microplastics» за 5 лет (2020−2025) через платформу CoLab было обнаружено 293 международных публикации, авторами (соавторами) которых выступили ученые с аффилиацией российской научной организации. Наибольшее количество работ (77) было опубликовано в 2024 году. Общее количество цитирований данных статей составило 3800, а наиболее часто упоминаемой (448 цитирований) стала статья «Assessment of potential ecological risk of microplastics in the coastal sediments of India: A meta-analysis», опубликованная исследователями из Института биологии южных морей имени А. О. Ковалевского РАН и Морского гидрофизического института РАН совместно с коллегами из Индии и Катара. Большинство работ за указанный пятилетний период было опубликовано учеными из ТГУ и МГУ им. М. В. Ломоносова, по 34 на каждую организацию. При этом, в мире за это время вышло более 27 200 публикаций, из которых большая часть (8936) аффилирована с организациями из КНР.
Международное сотрудничество и его вызовы
Мегагрант НовГУ, активно привлекает иностранных учёных и создаёт условия для интеграции российских исследователей в мировую науку. Консорциум по изучению микропластика ТГУ также активно устанавливает контакты с зарубежными коллегами. Отдельные российские учёные участвуют в международных конференциях и совместных проектах. При этом, имеется ряд вызовов, затрудняющих интеграцию российской науки в мировую:
- политические ограничения вызвали приостановку отдельных проектов международного сотрудничества и финансирования;
- языковой барьер: большинство российских исследователей недостаточно свободно владеют английским, что затрудняет написание публикаций и участие в переговорах;
- несмотря на недавние инвестиции, у многих российских лабораторий отсутствует доступ к современному оборудованию для спектроскопии высокого разрешения и электронной микроскопии;
- отсутствие глобального стандарта для измерения микропластика затрудняет сравнение данных даже между соседними странами. Российские учёные активно участвуют в дискуссиях о гармонизации методов, но процесс идет медленно.
Ученые подчеркивают важность решения глобальных проблем, которой является и загрязнение окружающей среды микропластиком, в тесном сотрудничестве с различными зарубежными исследователями и организациями. К сожалению, в последнее время из-за геополитической обстановки такое взаимодействие сократилось, однако не остановилось полностью. В частности, Яна Блиновская с коллегами участвовали в совместных исследованиях микропластика в рамках международного альянса NOWPAP под эгидой UNEP; также продолжаются активные обсуждения вопросов, связанных с микропластиком, на мероприятиях PICES (международная неправительственная научная организация по изучению морской среды Северной Пацифики). Юлия Франк отмечает, что хорошим примером международного сотрудничества является консорциум «Микропластик в окружающей среде», в рамках которого российские ученые активно взаимодействуют с коллегами из Китая, Индии и Узбекистана. Организация международной конференции в Узбекистане в конце 2025 года в рамках мегагранта НовГУ также способствовала свободной коммуникации исследователей из разных стран и налаживанию новых контактов. Некоторые ученые также отдельно работают с зарубежными коллегами в рамках грантов Российского научного фонда.
Российский вклад в глобальное знание
Несмотря на вызовы, российская наука внесла заметный вклад в мировую науку о микропластике. Так, исследования Байкала продемонстрировали, что даже считающиеся чистыми крупные озёра могут быть значительно загрязнены микропластиком. Методология изучения микропластика в снежном покрове и атмосфере, разработанная на Алтае, привлекла внимание международных ученых и позволила провести сопоставимые по уровню исследования. Исследование переноса микропластика через крупные сибирские реки показало значение речных систем как потенциальных главных источников морского загрязнения — этот вывод имеет глобальное значение. А первая в России докторская диссертация Ю. Франк, содержащая комплексные данные о взаимодействии микропластика с водными организмами, уже широко цитируется в международных исследованиях.
Взгляд в будущее: что делать с найденным микропластиком?
О чём говорят учёные: следующие шаги в исследованиях
Российское научное сообщество обозначило приоритеты исследований на ближайшие годы:
В дополнение, Яна Блиновская отмечает, что все исследования должны быть системными, важно получить фундаментальное, целостное представление, на основании которого можно получить достоверные ответы на поставленные вопросы.
Российское научное сообщество обозначило приоритеты исследований на ближайшие годы:
- Нанопластик и его биологические эффекты. Если микропластик (> 1 мкм) уже относительно хорошо изучен, то нанопластик (< 1 мкм) остаётся «чёрным ящиком». Разработка методов его детекции и характеризации определяется как главная задача.
- Здоровье живых организмов. На фоне тревожных находок международных исследователей (обнаружение микро- и нанопластика в крови, лёгких, плаценте, мозге), российские учёные активизируют исследования потенциальных механизмов вреда. Ожидаются первые комплексные российские исследования о влиянии микропластика на здоровье животных, с возможным использованием полученных данных на здоровье человека.
- Стандартизация методов и внедрение стандартов количественной оценки микропластика. Проведение многолетних работ по унификации подходов к отбору, анализу и представлению данных является критически важным для разработки российских стандартов и норм мониторинга.
- Атмосферный перенос. Оценка роли атмосферных потоков в переносе частиц микропластика позволит значительно расширить понимание путей его поступления, что станет важным дополнением к водной среде.
- Сельское хозяйство. Повсеместное распространение микропластика ставит вопросы о его накоплении в сельскохозяйственных почвах и возможном влиянии на почвенное плодородие, произрастающие культуры и животноводство, что крайне важно для продовольственной безопасности.
- Развитие биодеградируемых полимеров. Разработка технологии получения биоразлагаемых полимеров из доступного в России биосырья (вторичные растительные материалы, отходы сахаропроизводства) может стать одним из путей снижения производства обычного пластика.
В дополнение, Яна Блиновская отмечает, что все исследования должны быть системными, важно получить фундаментальное, целостное представление, на основании которого можно получить достоверные ответы на поставленные вопросы.
Взаимодействие науки с государством, бизнесом и обществом
Результаты исследований начинают влиять на политику. Например, министерство природных ресурсов и экологии рекомендовало учитывать данные загрязнения микропластиком в своих стратегиях охраны Арктики. Однако до настоящего момента единой государственной программы по мониторингу и сокращению микропластика в России не существует и проводимые исследования призваны устранить этот пробел.
Разработками российских ученых также интересуется и бизнес. Так, Центр исследования микропластика ТГУ разрабатывает инновационный фильтр для стиральных машин, который должен перехватывать синтетические микроволокна до того, как они попадут в канализацию. Это классический пример трансфера технологий из науки в промышленность. Первый прототип планируется создать в 2026 году. Такие разработки имеют огромное значение, так как текстильная промышленность и бытовое использование синтетической одежды — один из основных источников микропластика в пресноводных экосистемах. Некоторые удобрения длительного действия также содержат полимерные оболочки, что ставит перед производителями задачу поиска альтернативных вариантов их изготовления.
Некоммерческие организации играют ключевую роль в просвещении общества о вопросах важности проблемы микропластика. Однако научные организации также работают с населением как через собственные пресс-службы и медиа, публикуя имеющуюся информацию, так и организуя различные мероприятия. Например, Центр исследования микропластика ТГУ запустил в 2025 году образовательный проект «Мифы о микропластике», направленный на развенчание вымыслов в публичном дискурсе и обучение населения.
Разработками российских ученых также интересуется и бизнес. Так, Центр исследования микропластика ТГУ разрабатывает инновационный фильтр для стиральных машин, который должен перехватывать синтетические микроволокна до того, как они попадут в канализацию. Это классический пример трансфера технологий из науки в промышленность. Первый прототип планируется создать в 2026 году. Такие разработки имеют огромное значение, так как текстильная промышленность и бытовое использование синтетической одежды — один из основных источников микропластика в пресноводных экосистемах. Некоторые удобрения длительного действия также содержат полимерные оболочки, что ставит перед производителями задачу поиска альтернативных вариантов их изготовления.
Некоммерческие организации играют ключевую роль в просвещении общества о вопросах важности проблемы микропластика. Однако научные организации также работают с населением как через собственные пресс-службы и медиа, публикуя имеющуюся информацию, так и организуя различные мероприятия. Например, Центр исследования микропластика ТГУ запустил в 2025 году образовательный проект «Мифы о микропластике», направленный на развенчание вымыслов в публичном дискурсе и обучение населения.
Что нужно делать на системном уровне?
По мнению российского научного сообщества, ключевые стратегические направления включают:
1. Сокращение производства и потребления пластика
2. Развитие инфраструктуры переработки и барьерных технологий по очистке сточных вод от пластиковых волокон
3. Необходимость разработки федеральных законов и нормативов о безопасном содержании микропластика
4. Мониторинг и оценка рисков в рамках национальной системы мониторинга
5. Финансирование научных исследований
6. Проведение просветительской деятельности о правильном обращении с отходами, в том числе пластиковыми
1. Сокращение производства и потребления пластика
2. Развитие инфраструктуры переработки и барьерных технологий по очистке сточных вод от пластиковых волокон
3. Необходимость разработки федеральных законов и нормативов о безопасном содержании микропластика
4. Мониторинг и оценка рисков в рамках национальной системы мониторинга
5. Финансирование научных исследований
6. Проведение просветительской деятельности о правильном обращении с отходами, в том числе пластиковыми
Заключение
Россия, долгое время остававшаяся на периферии мировой науки о микропластике, активизируется. Защита первой докторской диссертации в этой области, создание консорциума исследовательских организаций, присуждение мегагранта на создание первой в стране междисциплинарной лаборатории — всё это знаки того, что научное сообщество признало критическую важность проблемы. Тем не менее, задачи колоссальны. Микропластик уже обнаружен во всех основных российских водоёмах, в воздухе крупных городов, в снегу Арктики, в организмах рыб и, вероятно, в человеческом организме. Адаптация новых методов исследования, разработка технологий, совершенствование законодательства — всё это требует совместных усилий науки и общества.
Подводя итоги, мы решили спросить у ученых, какой один идеальный эксперимент по теме микропластика они бы сделали, имея неограниченные ресурсы. Интересно, что опрошенные исследователи говорили только о необходимости проведения масштабных экспериментов, в частности, по изучению негативного воздействия микропластика на живые организмы по сравнению с другими загрязнителями и частицами природного происхождения, а также по определению синергического эффекта. Яна Блиновская ответила следующим образом: «Ни в коем случае не одно исследование», отмечая, что только комплекс работ от выявления количественного содержания до понимания токсического эффекта и разработки комплекса превентивных мероприятий способны решить имеющиеся задачи.
Подводя итоги, мы решили спросить у ученых, какой один идеальный эксперимент по теме микропластика они бы сделали, имея неограниченные ресурсы. Интересно, что опрошенные исследователи говорили только о необходимости проведения масштабных экспериментов, в частности, по изучению негативного воздействия микропластика на живые организмы по сравнению с другими загрязнителями и частицами природного происхождения, а также по определению синергического эффекта. Яна Блиновская ответила следующим образом: «Ни в коем случае не одно исследование», отмечая, что только комплекс работ от выявления количественного содержания до понимания токсического эффекта и разработки комплекса превентивных мероприятий способны решить имеющиеся задачи.